«Гоголь и рай, Гоголь и ад, Гоголь и второй том, Гоголь и летаргический сон, Гоголь и элементарные частицы…
Я как будто заново с потайного хода вошел в громадное и таинственное здание, в котором раньше казалось всё знакомым, а теперь вдруг открылись неизведанные пространства. Что происходило с Гоголем в жизни, в искусстве, в смерти, во сне и за гробом.
В «Гоголиане» я дал себе волю не фантазировать, не придумывать образы, похожие на реальность. Я позволяю себе эксплуатировать саму реальность. В этой книге воплощен мой принцип фантасмагории. Он прост: правда может быть более странной, чем любой вымысел»
(Владислав Отрошенко).
