Ирина Волевич

Есть два способа смотреть на жизнь: так, словно на свете не может быть никакого чуда, или так, словно все на свете - сплошное чудо.

— Это горький удел всех великих путешественников и одиноких флибустьеров. Родных и друзей заменяют знакомые, рассеянные по всему свету. А знакомые редко приезжают издалека, чтобы поприсутствовать на похоронах, — это не тот момент, когда можно оказать кому-то услугу или милость. Человек рождается один и умирает один.

Мы еще ничего не знаем о побудительных мотивах

Учительница тоже иногда врала, но ей-то было можно, на то она и учительница. Все вокруг врали, кто больше, кто меньше, потому что спокойствие куда удобнее правды, одной правды и ничего кроме правды.

— В жизни, мой милый, есть две категории людей, которых нужно избегать любой ценой. Это вегетарианцы и профессиональные велосипедисты. Первые опасны, потому что человек, отказавшийся от антрекотов, наверняка был в прошлом своем существовании каннибалом. Вторые — потому что человек, который напяливает на голову кастрюлю с окошечком и беспощадно упихивает свои причиндалы в светящийся комбинезон, чтобы преодолеть на велосипеде горный склон, наверняка чокнутый.

Побег, он как ложь: чем внушительней, тем убедительней!

Заставить уметь и уметь заставить! Знание служит миру и прогрессу!

Колен же обладал состоянием, достаточным для того, чтобы не работать на других и ни в чем себе не отказывать.

Будь у вас такая же физиономия, как у нее, вы бы тоже выставляли напоказ ноги.

Ночь снаружи выдалась грязной, и в степном песке лишь изредка отражались одинокие звезды.