Космопорт находился у подножия каньона. Над ним возвышались шесть с половиной километров камня, а полоска неба наверху занимала сектор едва ли больше тридцати градусов. Посадочная станция была одним из старейших зданий в Маринере, ее массивный чистый купол построили с двойной целью — экранировать от радиации и открыть вид, потрясающий масштабом. Каньоны убегали на восток — изрезанные, суровые и прекрасные. По склонам каньона мерцали огни — там, где из скалы торчали жилые кварталы, дома некоторых до неприличия богатых обитателей, променявших безопасность глубокой норы на окна с настоящим видом. Мелькнул транспортный летательный аппарат, прижимаясь к поверхности — там относительно плотный воздух чуть лучше поддерживал его тончайшие крылья.
По данным исследований, когда-то Марс обладал собственной биосферой. Здесь выпадали дожди. Текли реки. Возможно, не в кратчайшей по геологическим меркам истории человечества, но когда-то давно. И это повторится, как обещают терраформеры. Не на их веку и не на веку их детей, но когда-нибудь так и будет.