Кристофер Прист

Празднество шло своим чередом.
2

сэр?
– Шестьсот пятьдесят миль.
– Вы осведомлены о значении этого возраста?
– С этим возрастом приходят права и обязанности взрослого.

– Каков ваш возраст, сэр?
– Шестьсот пятьдесят миль.
– Вы осведомлены о значении этого возраста?
– С этим возрастом приходят права и обязанности взрослого.

Неспроста гильдиеры набросили на них плотные покровы тайны: вероятно, за стенами Города скрывается что-то столь ужасное, что за разглашение природы этого ужаса возможна лишь одна достойная кара – смертная казнь…

Да и мой отец сегодня, когда я увидел его в обществе ровесников, показался мне совершенным стариком. Человеком того же поколения, что и Клаузевиц, хотя логика не допускала этого. Ведь в таком случае ему, когда я родился, должно было исполниться примерно тысяча восемьсот пятьдесят миль, – а я уже усвоил, что по обычаям Города детей надлежит заводить не откладывая, сразу по достижении возраста зрелости.

никогда еще не сталкивался с такой полной, всеобъемлющей неизвестностью.

Дентон повел меня вокруг Города, но, едва мы торопливо обошли его один раз, разведчик направился к кучке каких-то временных хижин, возведенных ярдах в пятистах от городских стен.

Гельвард Манн. Мой отец…
– Угу, я его знаю. Толковый человек. Мы с ним вместе воспитывались в яслях.
Я поневоле нахмурился. Выходит, он ровесник отца – но такого конечно же быть не может. Мальчускин заметил мое недоумение.
– Пусть это тебя пока не беспокоит, – произнес он. – Со временем поймешь. Выяснишь на своем горбу, потом и кровью – других методов обучения эта чертова система гильдий не признает. Странная у вас, разведчиков, жизнь.

оставшись один, сразу замечаешь вокруг куда больше, чем в компании.

Чтобы пройти одну милю, Городу требуется около десяти дней, – ответил он. – За год мы проходим примерно тридцать шесть с половиной миль.