Майк Науменко. Бегство из зоопарка

Крусанов, долгие годы плотно общавшийся с лидером «Зоопарка», выдал на этот счет целую теорию:
«Разочарование, постигшее Майка, отчасти было связано с тем, что долгое время он действительно хотел „просиять“. Науменко был не чужд рефлексии и с какого-то момента начал задумываться – а насколько он действительно звезда? Майк сам себя сравнивал с тем, что появилось и пришло. Все-таки он был нежным и мягким человеком, а вся эта сценическая маска была явлением временным… И теперь его настигли внутренние сомнения. С одной стороны, время идет, а его мечта остается нереализованной… А с другой, когда он увидел, как вокруг все рушится, у него возникли сомнения в собственной безупречности».

Рассказывает Леша Рыбин: «Майк был первым и последним, кто послал на хуй Невзорова. Когда только появилась программа „600 секунд“, тот начал снимать сюжет о том, как рок победил коммунизм, разложив при этом христианскую молодежь, – Невзоров любил такой подход. И вот Майк стоит на сцене, у него саундчек, а Невзоров начинает ставить свет и орать на всех командным голосом. На что Майк громко говорит в микрофон: „Слушай, иди отсюда на хуй!“ Невзоров начинает вопить, что он тут работает и не надо ему мешать. Тогда Майк повторяет: „Иди на хуй, это я здесь работаю, а ты мне мешаешь!“ И Невзоров ретировался».

«Глядя вслед питерцам, увешанным инструментами и сумками, псевдообразованная столичная урла на автобусной остановке верещала что-то о пошлости и мерзости, об антиэстетике и попрании законов красоты „этими хамоватыми ленинградскими провинциалами“, – вспоминал в книге „Четверть века в роке“ поэт Алексей Дидуров. – Петрушевская тут же ввязалась в скандал с этими ценителями прекрасного.